Амазонки из Оренбурга

  • : Function ereg() is deprecated in /home/rusnews/public_html/ipatriot/includes/file.inc on line 647.
  • : Function ereg() is deprecated in /home/rusnews/public_html/ipatriot/includes/file.inc on line 647.
  • : Function ereg() is deprecated in /home/rusnews/public_html/ipatriot/includes/file.inc on line 647.
  • : Function ereg() is deprecated in /home/rusnews/public_html/ipatriot/includes/file.inc on line 647.
  • : Function ereg() is deprecated in /home/rusnews/public_html/ipatriot/includes/file.inc on line 647.
  • : Function ereg() is deprecated in /home/rusnews/public_html/ipatriot/includes/file.inc on line 647.
  • : Function ereg() is deprecated in /home/rusnews/public_html/ipatriot/includes/file.inc on line 647.
  • : Function ereg() is deprecated in /home/rusnews/public_html/ipatriot/includes/file.inc on line 647.
  • : Function ereg() is deprecated in /home/rusnews/public_html/ipatriot/includes/file.inc on line 647.
  • : Function ereg() is deprecated in /home/rusnews/public_html/ipatriot/includes/file.inc on line 647.

В XVIII — середине XIX столетии на оренбургской пограничной линии стояли прилинейные поселки, которые были окружены огромным валом. В поселки по углам бастиона стояли пушки. Поселок был хорошо охраняем. Охранялись сменными караулами и рогатками. По всей окрестности поселка было много высоких пикетов, а так же маяков, которые состояли из конной стражи. Выходить за вал, было запрещено, да и страшно было, ведь за валом любой житель мог стать легкой добычей для различных шаек и степных кочевников.

Как не удивительно, но конный отряд состоял только их женщин …
Стоит отметить, что в те времена, женщины как и мужчины несли воинскую службу. Когда в поселке неслось сообщение об опасности, все женщины бок о бок с казаками, схватив оружие, неслись на вал. Они обязательно должны были надевать шапки, под которые они прятали свои волосы.
Крепость Нижнеозерная было очень разорена во времена пугачевского бунта. Практически всех солдат, которые остались в живых пугачевцы забрали в плен. Крепость осталась беззащитной, и этим быстро воспользовались кочевники. После оглушительного сигнала тревоги, все женщины поселка вооружились пиками и решили самостоятельно отвоевать свою независимость и свободу. С пиками в руках они бросились на вал. Когда же кочевники встретили не предвиденное сопротивление и увидели на валу солдат, это были женщины переодетые в мужские одежды, они решились прорваться с другой стороны. Но женщины самоотверженно перетащили пушки на другую сторону и достойно встретили кочевников, залпами из пушек. Женщины воодушевились и почувствовали себя воительницами, больше двух верст они гнали тех, кто решил силой завладеть беззащитным поселением.

Махнула косой — голова с плеч...
Также, хотелось бы упомянуть такой случай, казак со своей женой, ехали не спеша поодаль от своего отряда. А в это время из леса вылетело около восьми вооруженных киргизов. На казака бросился ордынец, но казак н6е растерялся, он переломил длинную палку врага ударом своего топора, сам же ордынец от такого удара даже в седле не смог удержаться. Другой же с размаху ударил казака палкой с кистенем на конце по голове, казак упал. Жена его в ужасе поняла, что муж мертв, она схватила косу-литовку и быстрым стремительным ударом отсекла голову тому, кто решился напасть на нее. Киргизы видя это озверели и решили броситься на молодую казачку, а она все пыталась отмахиваться косой. Казак же, не умер и пришел в себя, он быстро схватил топор и разрубил голову нападавшего и застрелил еще несколько врагов. Тех, кто остался в живых начали окружать воинственную пару, но выстрелы услышали в отряде и через несколько минут налетели казаки и ордынцев не стало.
Старые станичники рассказывают о том, что поодиночке было очень страшно выйти за крепостной вал, все женщины, которые ходили стирать на реку, ходили в сопровождении солдат, а ягоды собирать старались реже и тоже всегда с охранной. Комендант крепости назначал день сбора плодов, все женщины поселка сходились на площади и потом уже шли с конвоем, конвой был, очень сильно вооружен. Так же, ходили в лес по дрова.

Хивинка
Воспоминания Степановой, которые были записаны в 1888 году, в то время ей было семьдесят восемь лет.
Акулину с мужем Иваном Степановым летом 1835 года во время планового сенокоса враги захватили в плен. Они раздели полностью беременную женщины и между собой разделили все ее добро, привязали бедную женщину арканом к лошади, связали ее мужу руки за спиной и умчались прочь.
Очень тяжело было женщине в плену, в сентябре начались морозы, а женщина была абсолютно без одежды, не считая старого и потертого зипуна. Свое дитя она родила в овчарне. После тяжелых родов очнулась только вечером и обнаружила, что ребенка рядом нет. А ночью киргизки принесли бедного еще необмытого ребенка и кинули его под ноги матери. Акулина не знала, что ей делать, она обмыла свою маленькую дочь ледяной водой и завернула в свою единственную одежду, старый зипун. В самые холодные ночи, Акулина с дочуркой спали между овец в овчарне. Она не могла даже заплакать от горя, ведь за слезы жестоко избивали. Акулина Григорьева жила в поселке Березовском Орского уезда Таналыкской станицы. А в скором времени Акулину и дочь продали в Хиву. Бедную рабыню, осмотрели очень тщательно, она стояла голая перед пристальными взглядами тех, кто искал на ее теле болезни, после такого осмотра ее отправили на султанскую кухню. А через несколько дней Акулину ждало новое горе, к ней пришла старшая жена султана и приставив к ее горлу нож, попыталась заставить женщину принять иную веру. Это повторялось три раза. А после не покорную служанку выбросили на скотный двор. В ее новые обязанности входило доить около пятнадцати коров, а после кипятить молоко. Молоко необходимо было кипятить так, чтобы с него не снималась пленка, она должна была быть целой и не разорванной, молоко с пленкой подавали на завтрак самому султану. Пленница была жива до тех пор, пока делала все так как было велено.
После, Акулину решили выдать замуж. Жены султана решили, что жить одной не пристойно, а и необходимо, что бы пленница забыла своего первого мужа, а то уж слишком тоскует о нем. И выдали они ее за Макар Максимыча, человек он был добрый и жену свою никогда не обижал, он знал как ей было тяжело.
В 1840 году султан выпустил на волю около 500 пленников, отпустили и Акулину с новым мужем и дочерью. Акулина вернулась в Березовский, а ее новый муж вернулся туда откуда его взяли в плен, в Астраханскую губернию.
Ее первый муж Иван, давно жил на родине, его еще пять лет назад выкупили из плена, он так и не мог забыть свою жену и не женился во второй раз. С большой радостью он принял свою возлюбленную и трех ее дочерей. После всего происшедшего Акулина с мужем прожили вместе двадцать пять.

На лихом коне — из Харбина в Петербург.
Журнал Нива, в 1911 году напечатал фотографию женщины, которая была одета в военную форму казака. Под фотографией стояла надпись «Казачка, вдова полковника оренбургского казачьего войска Александра Герасимова Кудашева, 36 лет, совершающая путь из Харбина в Петербург и прибывшая на иноходце Монголик. В пути находилась более 13 месяцев...»
Александра получатела прекрасное образование, но стать великосветской дамой не захотела. Она стала женой русского офицера и в самый разгар русско-японской войны, закончила начальные курсы сестры милосердия и поехала вместе с мужем в Порт-Артур. После того, как они оба были освобождены из японского плена, они отправились в Харбин, где спустя короткое время умер муж Александры. И она не долго думая отправилась в Петербург, как писали газеты, она долгие месяцы преодолевала тяжелый путь, и преодолела огромное расстояние. Опасность ждала ее на каждом шагу. Как то, в глухой и непроходимой тайге ее окружила толпа хунхузов. Один из них метнул в нее аркан, она отреагировала моментально и вытащила из-за спины «драгунку», и прогремел оглушительный выстрел.
Много случалась опасных ситуаций, и всегда казачка вытаскивала из своего саквояжа искусственные усы, и трубку и принимала мужской образ. Хитрость всегда срабатывала и никто не хотел связываться с мужиком с огромным и лихим рыбаком в огромной мохнатой шапке и с острой шашкой на боку.
Оренбургский край много столетий считался степным Вавилоном, где таилась огромная взрывная и непонятная сила.

По статье Натальи Романенко